В студии Rockfield в Уэльсе включается запись — и первое, что слышит слушатель альбома Chaos A.D., это вовсе не гитарный рифф, а мерный, глухой стук крошечного сердца. Ребёнок Макса Кавалеры и его жены Глории родился в январе 1992-го, и теперь его сердцебиение открывает песню «Refuse/Resist», задавая пульс пластинке, которая переломит судьбу бразильской группы Sepultura. Пятый студийный альбом выходит 2 сентября 1993 года — и ровно 33 года спустя его звучание остаётся точкой невозврата для целого жанра.
Поворот от трэша к грув-металу
До этого момента Sepultura неслись в русле ураганного трэш-метала, и Arise 1991 года уже намекал на готовность к переменам. Chaos A.D. ставит жирную точку: темпы падают, гитары уходят в пониженный строй, а вокал Макса Кавалеры становится куда грубее и жёстче прежнего. Группа сознательно выруливает на территорию грув-метала — жанра, который тогда только обретал очертания. Смелый шаг для бразильцев, чья репутация строилась на скорости и агрессии трэша.
Решение далось не сразу. Первоначально альбом планировали назвать Propaganda — слово, метко описывавшее накал текстов и политический заряд. Но Макс Кавалера в последний момент меняет название на Chaos A.D., вдохновившись альбомом Earth A.D. группы Misfits. Так пластинка ещё до выхода обзавелась двойным дном: отсылка к панк-року и громкое заявление о наступающем хаосе. Переименование случилось перед самым релизом — деталь, известная далеко не каждому слушателю.
Поиск продюсера и выбор студии
Поиск продюсера превратился в отдельную эпопею. Sepultura рассматривала кандидатуру авангардного джазового композитора Джона Зорна, а также Эла Йоргенсена из индастриал-металлической группы Ministry. В итоге выбор пал на Энди Уоллеса — он уже сводил Arise и понимал звуковые амбиции квартета. Именно Уоллес посоветовал Rockfield Studios, место, где группа смогла запереться от внешнего мира и полностью погрузиться в запись, которой требовалась изоляция и предельная концентрация.
Изоляция дала результат, слышный во всём — от ритмической плотности до неожиданных тембров. На Chaos A.D. заметно усиливается влияние бразильской народной музыки, а в трек-листе появляется первая в истории Sepultura полностью акустическая песня. Группа, ещё недавно ассоциировавшаяся исключительно с электрической яростью, вдруг разворачивает перед слушателем иные ландшафты — переплетая родные ритмы с металлическим каркасом так органично, как мало кому удавалось.
Полноценный дебют Пауло-младшего
Состав к тому моменту тоже изменился: Chaos A.D. стал первым альбомом, на котором Пауло-младший записал партии бас-гитары. До этого он выступал с Sepultura только на концертах — аж с 1984-го. Теперь же ритм-секция обрела цельность, которой не хватало предыдущим записям. Переход Пауло из концертного участника в полноценного студийного музыканта добавил звуку веса и плотного низа, идеально лёгшего в новую грувовую концепцию.
Первым синглом выпускают «Territory» — и клип снимают в Израиле. Выбор локации подчёркивает масштаб амбиций: Sepultura давно переросла рамки бразильской сцены и метила в глобальный разговор. Альбом врывается на 32-ю позицию чарта Billboard 200 — на тот момент самый высокий результат коллектива. Более того, Roadrunner Records впервые получает пластинку в топ-40 главного американского хит-парада. Независимый лейбл и бразильская группа переписывают правила игры.
Дистрибуцией в Северной Америке занималась Epic Records — Chaos A.D. так и остался единственным альбомом Sepultura, вышедшим через этот мейджор. Сразу после релиза пластинку встречает широкое признание критиков, а со временем она закрепляется в статусе одной из лучших работ группы и важнейшей вехи в истории хэви-метала. Грув-метал получает эталонный манифест, а трэш-сцена навсегда теряет один из своих главных активов — точнее, передаёт его в новое, более тяжёлое и вязкое измерение.
Тридцать три года спустя Chaos A.D. звучит как документ момента, когда металл учился ходить медленнее, но бить глубже. Стук детского сердца в начале «Refuse/Resist» задал пластинке не только ритм, но и интонацию: личное, хрупкое, живое — в самом центре звукового шторма. Кавер-версии, семплы, цитаты риффов растасканы по сотням записей, а тот первый удар всё отбивает свой глухой метроном.
Стук детского сердца в начале «Refuse/Resist» задал пластинке не только ритм, но и интонацию: личное, хрупкое, живое — в самом центре звукового шторма.