В студии повисла пауза. Двенадцать треков — готовых, сведённых, разложенных по папкам — уже обрисовывали контур третьего альбома Audioslave. И тут Брендан О'Брайен, продюсер с безупречным чутьём на недосказанность, попросил ещё одну песню. Группа вернулась к инструментам. То, что родилось, назвали «Moth» — четыре минуты пятьдесят семь секунд, поставивших точку не только в альбоме Revelations, но и во всей дискографии квартета. Сейчас, двадцать лет спустя, этот финальный трек звучит как решение, принятое задолго до того, как его кто-либо осмелился озвучить.
Релиз, опередивший американский на день
Международный релиз состоялся 4 сентября 2006 года — на день раньше американского. Лейблы Epic Records и Interscope Records выпустили пластинку, ещё не зная, что держат в руках последнюю студийную работу состава. Крис Корнелл, Том Морелло, Тим Коммерфорд и Брэд Уилк пришли в студию с двадцатью песнями, большинство из которых написали ещё до последнего тура по США. Часть материала они успели обкатать перед живой аудиторией — для группы, где гитарист привык высекать риффы из тишины репетиционной, это был неожиданный ход.
Позже Морелло обронил формулу, объясняющую альбом лучше любых рецензий: смесь Led Zeppelin и Earth, Wind & Fire. Это не метафора. Гитара здесь дышит хард-роковой мощью, а ритм-секция уходит прямиком в соул и фанк 1960-х и 1970-х — туда, где бас не просто держит долю, а ведёт мелодию. Корнелл описывал свой вокал как фанк и R&B семидесятых, и это слышно с первых тактов открывающей «Revelations»: голос не продавливает стену, а обтекает её, находя щели в кладке.
Двенадцать треков с собственным весом
Двенадцать композиций выстроились в последовательность, где каждая несёт собственный вес. «One and the Same» — три тридцать восемь плотного грува. «Sound of a Gun» — четыре двадцать, в которых название становится ритмическим рисунком. «Until We Fall» — три пятьдесят, почти баллада, но без соплей. «Original Fire» — ещё три тридцать восемь, искра, от которой альбом разгорается в полную силу. «Broken City» — три сорок восемь урбанистического скрежета. «Somedays» — три тридцать три, где Корнелл почти шепчет.
«Shape of Things to Come» растягивается на четыре тридцать четыре — эпический размах, которого Audioslave достигали редко. «Jewel of the Summertime» — три пятьдесят три, летний трек, написанный людьми, знающими цену короткому калифорнийскому теплу. А потом наступает черёд «Wide Awake» — четырёх минут двадцати шести секунд, критикующих реакцию администрации Буша на ураган Катрина. Корнелл, автор всех текстов, здесь не прячется за абстракциями. Это политическое высказывание, вмонтированное в альбом, где музыка написана и аранжирована всем коллективом.
Финальная песня, замкнувшая дискографию
Завершает всё та самая «Moth» — четыре пятьдесят семь, ради которых О'Брайен и попросил группу задержаться в студии. Название песни — мотылёк — читается как метафора, но ключа к ней группа никогда не давала. Зато дала музыку: гитарную партию, которая не разрешается, а истаивает, и вокал, уходящий в тишину без финального аккорда. «Nothing Left to Say But Goodbye» — предпоследний трек на три тридцать две — теперь звучит как репетиция прощания, которое состоится раньше, чем кто-то планировал.
В феврале 2007 года Корнелл покинул группу. Оставшиеся участники не стали искать нового вокалиста — не из принципа, а из-за занятости воссоединением Rage Against the Machine. Audioslave распустили без громких заявлений и взаимных обвинений. Третий альбом, только начавший свой путь по чартам, мгновенно превратился в финальную главу. К тому моменту продажи перевалили за миллион копий по всему миру, а в США, Канаде, Австралии и Новой Зеландии пластинка получила золотой статус.
Слушать Revelations сегодня — значит слышать группу, которая ещё не знает, что играет свой последний альбом, но уже чувствует это на уровне аранжировок. Соул и фанк 1960-х и 1970-х, просочившиеся в тяжёлый саунд, сделали пластинку непохожей на два предыдущих релиза. Здесь нет попытки повторить успех дебютника или доказать что-то после второго альбома. Есть только двенадцать треков, записанных квартетом, где каждый понимает: пространство между нотой и тишиной важнее самой ноты.
Брендан О'Брайен, попросивший ещё одну песню, получил не просто бонус-трек. Он получил «Moth» — композицию, которая замкнула альбом и всю историю Audioslave. Четыре минуты пятьдесят семь секунд, после которых группа больше никогда не собиралась в студии в этом составе. Двадцать лет спустя финальный трек с альбома, вышедшего 4 сентября 2006 года, остаётся последним, что эти четверо музыкантов сказали вместе.