На старой пачке сигаретной бумаги Rizla, когда листков оставалось совсем мало, печатали предупреждение: «Осталось только пять...» Эта бытовая деталь, знакомая каждому курильщику конца шестидесятых, стала названием дебютного альбома Ника Дрейка — Five Leaves Left. Пластинка вышла в 1969 году на Island Records и сегодня, спустя 57 лет, остаётся одной из самых негромких сенсаций британской фолк-музыки. Дрейку тогда едва исполнился двадцать один год, а его голос уже звучал так, будто прожил несколько жизней.
Рваный график и рождение метода
Запись началась в июле 1968-го в лондонской студии Sound Techniques и растянулась почти на год — до апреля 1969-го. Отдельного студийного времени Дрейку не предоставили: сессии втискивали в паузы между работой других артистов. График получался рваным, нерегулярным, смазанным. Продюсер Джо Бойд позже вспоминал, что поначалу дело шло из рук вон плохо. Но именно в этих обстоятельствах, без спешки и давления, сложился метод, определивший звучание всего альбома.
Метод был радикальным для своего времени: никаких наложений. Дрейк пел и играл на гитаре одновременно со струнной секцией, вживую, с первого дубля. Звукоинженер Джон Вуд, сидевший за пультом, подтверждал — овердаббинг не использовался вообще. Для песни «River Man» музыканта усадили на табурет в центре студии, а вокруг выстроили полукруг инструментов. Многоуровневая архитектура Sound Techniques с её деревянными перекрытиями и разновысокими потолками добавляла звуку объёма, который невозможно было получить искусственно.
Дрейк пел и играл на гитаре одновременно со струнной секцией, вживую, с первого дубля.
Ориентир на Леонарда Коэна
Бойд ориентировался на конкретный образец: альбом Джона Саймона Songs of Leonard Cohen 1967 года. Ему нужен был тот же доверительный, интимный тон — голос, звучащий не со сцены, а из соседней комнаты. Никакой попсовой реверберации, никакой дистанции между исполнителем и слушателем. Со струнными задача стояла ещё сложнее: добавить глубины, но избежать помпезности. Аранжировки должен был писать Ричард Хьюсон, а для записи пригласили специальный оркестр из пятнадцати человек.
В итоге струнные для нескольких треков написал Роберт Кирби — друг Дрейка по Кембриджскому университету. Они познакомились на студенческой скамье, и Кирби, сам композитор, тонко чувствовал природу дрейковских гармоний. Аранжировку для «River Man» выполнил Гарри Робинсон — и она вышла совершенно непохожей на всё, что тогда делали в фолке. Пять с половиной минут медитативного покачивания между мажором и минором, где струнные не аккомпанируют, а дышат вместе с голосом.
Звёздные гости и сольное высказывание
Среди приглашённых музыкантов отметились двое Томпсонов — и оба уже были звёздами британской сцены. Ричард Томпсон из Fairport Convention аккомпанировал Дрейку на гитаре, вплетая в ткань песен свои фирменные фразы. Дэнни Томпсон из Pentangle держал бас — его тёплый, округлый звук стал фундаментом нескольких треков. Компания собралась первоклассная, но альбом с самого начала был сольным высказыванием Дрейка — никто не тянул одеяло на себя.
Five Leaves Left вышел и практически не был замечен. Никаких чартов, никаких рецензий в центральной прессе. Дрейк не давал интервью, не играл концертов — его сценическая фобия уже тогда брала верх. Тираж разошёлся медленно, и пластинка на долгие годы легла на полки немногих посвящённых. Потребовались десятилетия, чтобы критики переоткрыли эту запись. Журнал Rolling Stone в итоге поместил её на 283-ю строчку списка 500 лучших альбомов.
Британский Channel 4 в 2005 году пошёл ещё дальше, отдав Five Leaves Left 85-е место в сотне величайших альбомов всех времён. К тому моменту самого Дрейка не было в живых уже тридцать один год. Его дискография уместилась в три студийных работы, и первая из них оказалась самой чистой по звуку — во многом благодаря отказу от технологии, которую вся индустрия считала стандартом. Никаких наложений, только воздух студии Sound Techniques и пятнадцать музыкантов, играющих в унисон.
Джо Бойд говорил, что хотел записать голос так, будто слушатель сидит напротив Дрейка в одной комнате. Судя по тому, как звучит «River Man» на оригинальном виниле Island Records образца 1969 года, ему это удалось. Полукруг инструментов, табурет в центре, многоуровневое деревянное пространство — всё это слышно в каждой ноте. Пятьдесят семь лет спустя пластинка звучит не как документ эпохи, а как разговор, который всё ещё продолжается.